nesvidomij (nesvidomij) wrote,
nesvidomij
nesvidomij

В. Липинский и украинская демократия. Всё сказано почти 100 лет назад. Ч.2.

Начало

ти неспособные к материальному, а значит и к общественному творчеству, словесные демократические руководители, выдвигаемые во главу всё более ленивыми, всё более пассивными и расово всё менее достойными элементами нации, разложили до конца своим крикливым, но бессильным и безавторитетным господством, как сдеклассированное активное творческое меньшинство, так и пассивное большинство.

Под руководством этих – «разговаривающих на всех языках» и взаимно себя не понимающих демократических вождей, тогдашний вавилонский «народ» и «пролетариат» смог только устранить от власти и уничтожить свою старую деморализованную аристократию. Но ничего другого, кроме бесплодных словесных теорий, он на её место не поставил".

Призраками «суверенности народа»; ложью о «демократическом равенстве» и об одинаковой способности всех людей к руководству и к власти; просьбами и уговорами во имя «человеческого разума»; подкупом во имя «человеческих интересов»; игрой, наконец, на низших инстинктах инертной массы – надеется всегда такая дегенерировавшая, зажравшаяся, распущенная и ничем не ограниченная, бесклассовая «демократическая» и «республиканская» аристократия при помощи самих же пассивных масс погнать эти массы вперёд в дальнейший поход, к дальнейшему строительству башни материальной и духовной культуры к Богу. Но это ей никогда не удаётся.

И потому совсем законно, на основании этого сотворённого деморализованной аристократией демократического закона суверенности масс, стали, вместо творцов, выдвигаться во главу нации эти Ренаном описанные «словесные штукатуры и шарлатаны». И как теперь так и тогда, стараясь выдавать себя «представителями народа» и пророков «движения», заложенного автоматически в «природном совершенстве человека», они были в действительности представителями моральной руины, аристократии и пророками инертности, пассивности и врождённой в человеке лени.

"Поэтому она натравливает всё время «народ» против «господ» - даже тогда, когда эти «господа» уже давно потеряли всякую власть и когда уже нераздельно народом правит он - «победитель демократ» и т.д., и т.п".

"Уничтожая всеми силами смертоносные для этого органические классовые соединения, демократический метис создаёт соединения рациональные, партийные. Они никогда не объединены как классовые организации, общей консервирующей традицией, а всегда объединены программой бытия. Держаться они не внутренней симпатией и стихийным единством, а ненавистью к другим подобным соединениям. Конкурентная борьба за влияние на «народ» между взаимно себя ненавидящими демократическими партиями – а не органичное сотрудничество объединённых своей внутренней силой классов – лежит в основе общественной жизни всех демократий, а прежде всего демократизированных колоний. Эта конкурентная борьба разных программ бытия даёт демократическому метису полную свободу движений. Он не связан никакими сдерживающими, выплывающими с прошлого, консервативными моментами. Всякая «программа», какая на его утилитаристический взгляд может понравиться в бытии «народному большинству», всегда его «переубедит».

"...первым конечным условием господства демократии есть расовое и духовное разложение пассивных масс. Поэтому демократия так упорно побеждает классовые, профессиональные, вообще органичные и консервативные связи масс. Поэтому вместо них она из них создаёт связи «партийные», хаотические и постепенные, объединённые не прошлой общей жизнью, а целями бытия, причем эти цели бытия вечно меняются, и сегодняшнее демократическое  «большинство» всегда хочет чего-то другого, нежели «большинство» вчерашнее, хотя никакого переселения народов в междучасье обычно не бывает. Поэтому она распыляет эти пассивные массы на «уровне» единицы, и включает с этого хаотичного конгломерата единицы в свой правящий слой элементы не наиболее стоящие, а наиболее крикливые, зажравшиеся, беспринципные, злобные, - потому что собственно такие элементы больше всего требуют быстрого «братского» демократического компромисса и демократического национального «объединения» с ними."

"Нация с понятия территориальной, государственной, культурной, материальной и духовной, вообще органичной общности, которая выросла с прошлой общей традиции, превращается тут в признак партийный, и к ней могут принадлежать только члены этого партийно – спекулятивного, на доходы в бытии обсчитанного предприятия".

"Лишённая собственного сильного государственного аппарата, лишённая собственных сдерживающих консервативных классовых соединений, такая колония, после упадка государственного метропольного аппарата, становится ареной ничем уже не сдерживаемой борьбы демократических политических партий между собой. Руководители этих демократических партий, перед которыми открылось неожиданно неограниченное уже ничем поле для политической спекуляции, желают теперь стать все главами государства, или, как минимум, министрами, руководителями и героями нации. Между ними начинается бесконечная драка".

"при господстве демократии унаследованный от предыдущих стадий развития государственный аппарат, - это, как мы видели выше, один из объектов демократического распада и демократической политической спекуляции, который уничтожается тем больше, чем дольше длится власть демократии".

Наконец, как ещё одну черту, характеризующую расовые взаимоотношения при господстве демократии, стоит вспомнить то, что при демократическом распаде классовых органичных соединений какой-то территориальной оседлой нации и при переходе её в состояние экстерриториального союза, разделённой на целый ряд взаимно себя уничтожающих, во имя «лучшего понимания национального интереса», меньших союзов, преимущество среди них получают в конце такие же экстерриториальные союзы, которые объединены между собой расово и органично, а не только одними рациональными патриотическими лозунгами. Такие экстерриториальные расовые объединения – это преимущественно всякие неоседлые кочевые нации, которые нападают внешне или изнутри на нации оседлые тогда, когда последние распадаются. Под их завоеваниями гибли и гибнут обычно всякие демократии. Сегодня, например, такой побеждающей изнутри нацией среди демократий европейских есть экстерриториальная – но, в противоположность к этим демократиям – расово сплошная, органично объединённая и потому от них без сравнения более сильная – нация жидовская.


Итоги демократии:

"Распад классов; упадок общей веры, полная общественная аморальность; господство «законов разума», которые каждый на основании собственного разума интерпретирует, как хочет; хаос в творчестве и полная дезорганизованность ничем неограниченной, распыленной и деклассированной «индивидуалистичной» и «свободолюбивой» аристократии, - упадок восприимчивости на всякий порыв к творчеству и труду, деморализация и хаос среди пассивных масс, - в результате безавторитетность бессильной, дезорганизованной и аморальной аристократии, анархия в технике и материальном производстве, нехватка ритма и распад старых организационных форм, одним словом - материальная и моральная руина нации".

"...ни одна нация не начала и не может начать своё существование от демократии".

"Поэтому ни одна демократия в мире своими спекуляциями не создала нации".

«Демократический период существования наций, разрушающий нацию одинаково, или наступает он по господству классократии, или по господству охлократии и может продолжаться иногда целые столетия».

«Нация, или «национальное меньшинство», чтобы быть нацией, должна создать себе своё собственноё государство или погибнуть»



Без своей собственной суверенной государственной организации не может быть нации. Собственное государство – это синоним власти аристократии, и как не может быть нации без своей собственной национальной аристократии, так не может быть национальной аристократии, а значит и нации, без своего собственного государства.



Tags: В. Липинский, Украина, демократия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments