nesvidomij (nesvidomij) wrote,
nesvidomij
nesvidomij

«Про национальную аристократию и про три основных метода её организации». Ч.25.

«Про национальную аристократию и про три основных метода её организации». Ч.24.


сама только слава, и они никогда не довольствуются рыцарским удовольствием от самого творчества. Они всегда должны иметь патент, фирму (часто анонимную или псевдоименную, потому что имя и связанная с ним родовая традиция не играют у них роли, как у классократов), и за всякие свои изобретения для «добра нации» или «человечности» они хотят иметь процент. Свободная и ничем не ограниченная конкуренция в политике, в производстве, в искусстве – это основа всякой демократии: это общественное проявление присущих ей хаотичных, смешанных, неодноцельных расовых взаимоотношений.
   Власть над чёрными они добывают везде и всегда путём мирного проникновения (пацифистской пенетрации). Их демократический империализм – их зажравшееся и переполненное ненавистью к конкурентам желание власти – прикрывается у них всегда идеей вечного мира, всечеловеческой или национальной благодати, осчастливливание своей властью всех, кто только эту власть  признает. Они всегда оперируют образами «справедливого» мирного компромисса; «братской» унии и согласия между врагами; ласковой и «гуманитарной» политики; разумного и логичного переубеждения и т. д., и т. д. Но это не значит, что они никогда не воюют. Наоборот, воюют они очень часто и значительно больше от воинственных жёлтых первого типа. Только их демократическая война совсем иная, нежели война классократическая.
        Классократические жёлтые всё время живут идеей войны. Они не делают вид, что не видят в человеке подле добра, точно также как и добро, врождённое ему  зло. И закладывая в основу своего мышления и наследования факт неминуемо существующей в мире борьбы, они эту борьбу стараются сделать аристократичной, облагораживающей, творческой. К войне они себя воспитывают; к войне приспособлена вся их железной дисциплиной и уважением к авторитетам спаянная общественная организация; их рыцарский закон – это закон войны, и они его придерживаются не только во время мира, но, прежде всего, во время войны.
       Демократические жёлтые живут идеей мира и врожденного в человеке добра. Поэтому они свободолюбивые; поэтому они не признают над собой никаких авторитетов и никакой ограничивающей – религиозной и монархической – власти. Поэтому они неорганизованные и недисциплинированные; поэтому их в принципе «гуманитарная», «миролюбивая» власть всегда республиканская, неограниченная. Потому что разве нужно ограничивать «мир и добро»?
         Но когда суровая правда жизни заставляет их воевать, то они не воюют, а только дерутся. Со своей психикой пацифистов, которые, зажравшись, желают распространения и власти, но ненавидят войну, которые  её боятся, которые не имеют для неё ни соответствующей организации, ни законов, они в своей войне впиваются в горло врагу, выжигают ему глаза и предательски душат его ядовитыми газами, стараются его разложить шпионами и провокаторами, добивают раненных, издеваются над беззащитными, из безоружных делают рабов, мстят противнику даже после заключению мира, сдирают с него контрибуции, чтобы заплатить за войну своим подчинённым, которым они обещали вечный мир и т. д.
          Война демократическая, как, например, эта, которую выиграла недавно «мировая демократия», это война неограниченная, война хамская, потому что те, кто её ведёт, её не признают, потому что она не имеет своих законов, потому что она ведётся пацифистами. Война классократическая – это война рыцарская, потому что она признана, потому что её признают, потому что те, кто её ведут, для неё создают законы и её законом ограничивают. То же самое и в войне политической, внутренней. Классократ уважает противника и требует от него такого же уважения для себя, потому  что только взаимное уважение даст моральную силу закону, основанному на результате рыцарской борьбы. Демократ противника оплёвывает и раскладывает во имя, разумеется, своей «любви к идее», к «нации», к «народу», к «справедливости», к «свободе». Демократическая современная пресса, демократические политические традиции и вся деятельность, например, российской, украинской и польской демократии, которую так мастерски использовали российские большевики-охлократы в характере выпущенных перед атакой (но у себя пока что не толерантных!) разлагающих и  дурно пахнущих газов, может служить иллюстрацией к вышесказанному.
      Захват власти путём демократического мирного проникновения может быть так же внешним и внутреннимВ первом случае демократы разлагают и захватывают в свои руки государственную организацию другой нации, в другом –  они делают то же самое со своей нацией. Первое можно было бы назвать колониальной экспансией, второе – демократизацией  метрополии. Но, по сути, между этими двумя формами нет особой разницы, потому что и сама метрополия под влиянием демократизации, в конце концов, возвращается в колонию.    
    Захватывая власть, жёлтые этого типа никогда не рассчитывают на свою собственную  силу. Они рождаются и развиваются всегда под защитой чужой – классократической или охлократической – государственной организации. Они никогда не противопоставляют  чужой государственной  организации – собственную  государственную  организацию, а стараются захватить эту чужую государственную организацию путём её развала и победы её чужими руками, при помощи подстрекательства против неё чёрных, пассивных масс. Но бунт чёрных против государственной организации они никогда не доводят, как охлократы, о которых разговор далее, до самого конца. Как только они дорываются до власти, захваченный ими государственный аппарат поворачивается ими против чёрных. При победе демократии видим явление, как раз противоположное тому, что теперь происходит в
Tags: В. Липинский, Украина
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments